- Номер палит. По ходу заметил. - шёпотом поделился своим беспокойством куница. В первую очередь его переживания адресовались безымянному, который, наконец отвлекся от своего планшета и посмотрел на дотошного сотрудника, общающегося с кем-то по рации. Убрав планшет в чехол, безымянный вышел из автомобиля и направился на переговоры. Из машины было не слышно, о чём они разговаривают, несмотря на то, что в салоне стояла тишина, аналогичная с замурованным склепом какого-нибудь фараона. Николай понимал, что в их работе всё, что нужно, максимально продумано и тем, кому нужно, достойно оплачено, но даже эта ситуация отлично демонстрирует, что невозможно всё предугадать и всех вокруг подкупить. И что им сейчас повезло, что остановили их не на обратном пути. Сейчас-то им что терять? Но, с другой стороны, ещё вся ночь впереди. Куница, похоже, думал о чём-то похожем. Внешне он казался хладнокровным и невозмутимым, но это только внешне. За маской безразличия скрывался опытный боевой параноик, готовый, как пружина, в любую секунду вмешаться в происходящее, применяя при этом свои профессиональные навыки. Это внутреннее напряжение выдавали лишь микроэмоции, которые ни за что не смог бы интерпретировать обычный рядовой гражданин. Николай таковым не являлся. Психологию он начал изучать ещё задолго до службы, где повторно её закрепил. Ещё в школьные годы он с огромным интересом изучал труды Пола Экмана, благодаря чему развил в себе практически паранормальные навыки в коммуникации с окружающими его людьми. Сейчас, присматриваясь к своему старшему коллеге, хорошо скрытое чувство тревоги передавалось и ему тоже. Оружия с собой не было. В кармане лежал только карандаш и ручка, не раз выручавшие его в других ситуациях. С одной стороны, их всегда можно использовать по назначению. С другой — в случае опасности они превращались в смертельное орудие. В человеческом теле всегда найдется масса уязвимых мест, для того чтобы проткнуть их канцелярскими принадлежностями. В некоторых ситуациях такие удары дестабилизируют противника, в других — ликвидируют его. Но против огнестрельного оружия, находящегося в руках обученных силовиков, карандаш с ручкой кажутся неуместными. Вся надежда на то, что переговоры на улице закончатся без лишнего кровопролития. 
   Будто услышав мысли Николая, безымянный пошёл обратно на свое насиженное место. Закрыв за собой дверь, он сообщил, что всё в порядке и можно ехать дальше. Фургончик медленно отъехал, и все облегченно выдохнули, провожая взглядом через зеркало заднего вида полицейского, направляющегося к своему напарнику. 
  - Дождь почти начался. Не думаю, что теперь мы успеем, — сообщил нам водитель свой прогноз. 
  - Тогда давай поменяем маршрут. Едем на парк, который за «Стачек», - ответил ему безымянный. 
   Маршрут был изменен, и первые капли действительно появились на стёклах, предупреждая в последний раз о том, что нужно как можно быстрее разойтись в укрытия, в противном случае вероятность насквозь промокнуть будет близка к ста процентам. 
  - На остановке - сказал куница. И все резко обернулись в сторону направления его взгляда. 
  - Принял! — только и ответил водитель, продолжая ехать вперед. 
   На автобусной остановке на другой стороне дороги кто-то, возможно, прятался от надвигающейся бури, а, возможно, и в ожидании транспорта, который, скорее всего, уже не ходил. В любом случае после того, как он попал в их зону внимания, маловероятно, что сможет дождаться что-либо из вышеперечисленного. Микрофургон доехал до перекрёстка и остановился на светофоре. 
  - Сейчас мы остановимся метров за двести до остановки. Ты выйдешь, подойдешь к нему. Оценишь ситуацию. Если всё ок, вернёшься к дороге, будто смотришь транспорт. Если что-то не так, выйдешь и проголосуешь рукой, тогда мы тебя просто заберём. — сообщил безымянный Николаю. Николай в ответ лишь утвердительно качнул головой. Это было его первым заданием и вполне естественно, что его сейчас будут испытывать по полной программе. Он сам ещё не знал, как далеко он мог зайти. Конечно, ему приходилось до этого лишать людей жизни. Но чаще всего это были вооруженные враги. Да и не сказать, что никаких угрызений совести он никогда не испытывал. Часто ему снились кошмары, причём такие, что просыпался он с сильнейшим тремором. И это при том, что он сам себя всегда успешно оправдывал. Это был приказ, это были плохие люди, он защищал свою жизнь. Но на этот раз он зашёл слишком далеко. Тот, кто сидел на ночной остановке под начинающим дождем, — обычный, ни в чем не повинный человек. Быть может, кормилец семьи, а может, быть, доктор, который спасает каждый день много жизней. Проезжая остановку, Николай не успел разглядеть сидящего на ней человека. Лишь силуэт. Потому, когда машина развернулась на перекрёстке и поехала обратно, Николай попросил вселенную, чтобы тем человеком оказался кто-то ненужный. А лучше кто-то, чья смерть будет всем только на руку.