Приехав на место, Куница вместе с безымянным вышли из автомобиля, и скрылись внутри здания. Через несколько минут, вернулись вместе с санитаром, который выкатил медицинские носилки, на которые погрузили сегодняшний улов, и снова скрылись в здании, оставив в машине Николая и водителя. 
  - Что там произошло на той остановке? - спросил водитель через пару минут молчания
  - Что ты имеешь в виду?
  - Я наблюдал за остановкой беспрерывно. И видел как ты вышел и просигналил. Видел как ты вернулся, потом пошёл в сторону кустов. Но я не видел там никого кроме тебя. 
  - Наверное из-за дождя. 
  - Быть может, быть может... 
  Некоторое время они снова провели в молчании, и снова первым не выдержал водитель. 
  - Ты не серчай на Куницу. Он ко всем так относится. Первое время. В целом то он мужик норм. 
  - Да я без претензий. - ответил Николай, и отвернулся к окну, поглощенный своими мыслями.
  - Как тебе первый день? - не унимался водитель. При остальных членах экипажа, видимо субординация не позволяла болтать, и сейчас он всласть отрывается за несколько часов молчаливой работы.
  - Сойдёт. - Николай решил что раз уж разговора ему не избежать, то хотя бы перенаправит в свое русло. - А ты давно работаешь в этой сфере?
  - О, да. - оживился вмиг водитель. - При мне сменились абсолютно все. И начальство, и добытчики, и водители, и даже сама система несколько раз изменилась. Наверное я в этой организации самый динозавр.
  - И давно ты привык? Я про то что мы делаем. Там же гражданские, невинные.. - пытался подобрать правильные слова Николай, что бы описать свои внутренние конфликты с совестью.
  - Я понимаю обо что ты. Поверь, я тебя очень хорошо понимаю. Но знаешь, я вот тебе как отвечу. К такому не привыкнуть. Я множество раз пытался убедить себя в том что если не я, то кто нибудь другой. Что я всего лишь водитель. Что всё в руках всевышнего, и всё что происходит на этой планете, часть божественного плана. В том числе и моя работа. И иногда я даже убеждал себя в этом. Но не надолго. До начала следующей смены. - тут он грустно замолчал, и задумался о чём то своем.
  - И как ты справляешься с этим?
  - Как, как? А что мне ещё остаётся? Я уже по уши завяз во всём этом дерьме. Было время, я подался в веру. Ходил постоянно в храм, пытался замолить грехи, молился за тех, кого мы забрали. За их души. Надеялся, что мне это поможет. Не знаю, помогало ли это, но однажды я пообщался с одним профессором, который свободно мог цитировать любые религиозные писания, не только христианские, но и буддистские, и мусульманские. В принципе, он просто озвучил мне то, что я и сам понимал, но боялся в этом самому себе признаться. - снова ненадолго замолчал и загрустил. - Он сказал, что так не работает. Не может так работать. Когда совершил грех, пошёл, замолил его, искупил свою вину. И снова так же грешишь. Не считается искупление искренним, раз ты намерен его повторять, сказал он мне тогда. И как с этим не согласиться? - Водитель нервно усмехнулся. 
  - Боишься попасть в ад? - без нотки иронии спросил Николай. Он не особо верил в религии, но к верующим относился с уважением, хоть и не разделял их видения мира.
  - Ты знаешь, раньше действительно боялся. Потом стал понимать, что мне уже терять нечего. Мне не избежать ада, если он конечно существует. Поэтому и отношение к работе упростилось. Одним больше, одним меньше. Всё равно мне туда путь уже заказан. Но в какой то момент, я начал надеяться что никакого ада не существует. Пусть лучше будет пустота. Ничего в общем не будет после смерти. Тогда всех кого я доставлял, просто исчезли. И никто из них сейчас не мучается в аду. А мне так тем более там не хотелось бы оказаться.
  - С этим не поспоришь. Скоро они? - решил сменить тему, так как от этой водитель всё больше и больше погружался в себя.
  - Минут десять, пятнадцать, не больше. На этой точке оперативно все. Я уж не знаю что они там делают, но сюда приезжать не особо нравится. Когда заезжаем сюда, из-за экономии времени, иногда план перевыполняем, и мне лично оттого не по себе.
   Николай удивился от таких откровенностей,  но упускать возможность пообщаться не собирался. Во первых хорошая возможность получше разобраться что к чему, во вторых, после прошедшего неудачного и удачного похищений, до сих пор в себя прийти так и не получилось. 
  - А кто до меня тут работал? - спросил он.
  - Да, как тебе сказать? Салага настоящий. Чуть под монастырь не подвел всех в свою первую смену. Схватил на улице девушку, и потащил к машине. Она умудрилась вырваться и побежала. Выскочили все, даже куратор, я поехал за ней дворами, хотя понятия не имел где там камеры. Куница её догнал и свернул шею. Впоследствии когда затирали следы, и удаляли записи с камер, столкнулись с проблемой. Одна из камер принадлежала какому то магазину техники, в которой торчал ночной сторож. Он эти записи у себя сохранил. Уж не знаю что он с ними хотел сделать, и как наши это просекли, но на следующую смену мы этого сторожа на этой же самой машине, в это же самое место перевозили. Не знаю что именно он там записал, но как я понял по разговорам, вычислили его в самый последний момент. Ещё минут десять, и история ушла бы в сеть. Ну а там сам понимаешь...
  - А салага тот куда делся? 
  - Какой салага? А, тот идиот, из-за которого потом дневники все разруливали? Я хрен знает. Вместо него, прислали тебя. Его я больше не видел. Но сомневаюсь что увижу когда нибудь. Наверное со сторожем вместе отправился.
  - Звучит оптимистично. - ухмыльнулся Николай.
  - А ты как хотел? Это тебе не макдональдс, здесь любой косяк, и всё завертится так, что и моргнуть не успеешь, как лежишь на каталке связанный. Дилетантам здесь не место. Долго живут здесь такие как Куница например. С его опытом, он и меня тут наверное переживет...
  - А давно он здесь? - любопытство брало верх, хотя и излишняя откровенность собеседника всё больше и больше настораживала. С одной стороны, она могла быть связана с тем, что он прошёл первое испытание и теперь как бы свой. С другой, быть может, водитель знает, что его сегодня сольют, и, пользуясь случаем, изливает душу. Ведь с кем ещё он может обо всем поговорить, как не со смертником. 
  - Именно в нашей группе, пару месяцев. Но к нам он приехал, по сути, из элиты. С недавних военных действий. Я думаю, ты сам знаешь, с каких. Он не особо распространялся о том, где работал раньше. Но поговаривают, что он один из старейших ветеранов, прошедших не одну горячую точку. И не всегда в роли собирателя. Он и в боевых действиях принимал участие. А к нам его направили или типа пенсии, или в какую-то историю вляпался. Никто точно не знает. Но, как я понял, он потому и нелюдимый такой. 
  - Есть такое. - согласился Николай. Он знал, что в зонах боевых действий работают аналогичные бригады. Правда, их секретность была даже там настолько на высоком уровне, что никто из военных не знал о существовании таких бригад. Ну или почти никто. Кто-то в любом случае знал и прикрывал их деятельность. Но фактом оставалось то, что разговоры о таких группах в виде сплетен иногда доходили и до Николая. Да и приглашение в саму организацию он получил тоже через сослуживца в каком то смысле. И, может быть, там бы он чувствовал себя спокойнее. Ведь не приходилось бы похищать гражданских. С другой стороны, осквернять трупы солдат, пусть даже и противников, совесть бы ему могла и не позволить. 
  — Знаешь, если честно, мне кажется, что... - водитель не закончил свою мысль, так как из дверей мрачного полуобветшалого здания вышли безымянный и Куница. Они направлялись к машине, и нужно было завязывать с болтовней и готовиться к следующей поездке. 
  Ключ зажигания повернут, и мотор начал работать, готовясь к низкому старту. Дорога в дальнейшие минут двадцать снова протекала в привычной уже тишине. Безымянный всё так же ковырялся в своих файлах и планшете. Куница в основном смотрел в окно, а водитель, соответственно, на дорогу. Дождь лил всё сильнее, и встретить прохожих казалось чем-то нереалистичным. Николай размышлял над своей дальнейшей судьбой и над тем, что происходило на остановке. Тем временем машина проехала через ту же самую остановку, и снова на ней сидел одинокий силуэт. Николай широко распахнул глаза, увидев его, но из-за проливного дождя не было полной уверенности в том, что это тот же самый пацан. Но даже если это и не он, возвращаться туда совсем не хотелось. Оставалось только надеяться, что остальные не заметили того же, что и Николай. 
  - На остановке кто-то есть, — сообщил Куница, и водитель молча отреагировал на приказ, включив поворотник, и готовясь развернуться на ближайшем перекрёстке.